УСЫНОВИЛИ.РУ

Нарушенная идентичность

Идентичность можно определить как знание того, из каких разных частей состоит наша личность, это принятие себя, необходимое для того, чтобы успешно продвигаться по жизни с ощущением собственной целостности.

Сумма знаний о себе как результат анализа собственного жизненного опыта концентрируется в виде ответов на вопросы «Кто я?», «Какой я?». Но отношение к этому знанию, принятие себя, возникает  благодаря соотнесению с системой социальных  координат, нормами и ценностями той семьи и того общества, в котором живет человек. Рождаясь, ребенок физически отделяется от матери. Однако вплоть до подросткового возраста семья служит «психологической утробой», эмоционально питая и защищая ребенка. 

У ребенка чувство «Я» вырастает из чувства «МЫ», и для него вопрос «Кто я?» по сути значит «Чей я?». Ощущение принадлежности – это альтернатива одиночеству, источник жизненных сил"Я - их, я нужен, меня любят - Я ЕСТЬ".

Принадлежность семье  не только определяет самовосприятие, но и задает вектор направления жизненного пути«Откуда я?» - «К чему я иду?».

Дети-«социальные сироты»  оказываются в ситуации чрезмерно ранней социальной эмансипации от семьи. И их психологическая жизнеспособность не выше физической жизнеспособности ребенка, родившегося значительно раньше срока.

Разлука с семьей приводит не только к разрыву отношений привязанности, но и к перемене социального и психологического статуса. С утратой основных ориентиров (семья и ближайшее окружение)  нарушается восприятие себя и собственной жизни – оно приобретает неустойчивый и фрагментарный характер, в результате чего создается ощущение неадекватности. При этом положение детей из неблагополучных семей оказывается более  выигрышным, чем у детей из домов ребенка: даже плохая реальность лучше, чем совсем ничего. Мальчик-подросток, от которого отказались в роддоме, не имевший сведений о своей матери и предыдущих поколениях, выразил свои переживания  так: «Я потерялся в космосе».

Знание о своих предках и своей семье - «чувство корней» - помогает человеку понять, каково его место в истории этой семьи и в  жизни в целом, это знание  тесно связано с понятиями «долг» и «смысл жизни», оно позволяет определить жизненные задачи и осознать  значимость собственного жизненного пути.

Сохранение важных для ребенка связей с другими людьми, допустимых привычек, личных, в том числе памятных, вещей, восстановление жизненной истории самого ребенка и сбор сведений о его семье (составление «Книги жизни») частично смягчают боль потери и способствуют формированию идентичности.

При этом необходимо помнить, что идентичность ребенка несет в себе как положительные, так и отрицательные  черты его кровной семьи. Этим объясняется частое стремление к воспроизведению детьми поведенческих моделей, принятых в кровной семье. Дело не только в научении («все мы склонны поступать с другими так, как когда-то поступали с нами»), но и в своеобразном подтверждении лояльности, верности своей родной семье со стороны ребенка. Дети, разлученные с родителями, которых они помнят, страдают не только от разлуки, но и потому, что не получили «родительского благословения» на свой дальнейший путь, разрешения жить счастливо и убеждения в том, что они не виноваты в разрыве с семьей.

Обычно требуется специальная терапевтическая работа для того, чтобы отделить любовь к кровным родителям от стремления «следовать за ними». Ребенок не может судить своих родителей, сохранение уважения к ним и благодарности за свою жизнь – естественное и необходимое чувство, отсутствие которого ведет к глубоким психологическим проблемам. Но это не значит, что ребенок должен повторять их ошибки. Именно из любви к своим родителям ему предстоит научиться справляться с трудностями и добиваться успеха, строить свою жизнь и отношения с людьми – то есть сделать то, чего хотели, но не смогли родители.

Часто встречающееся заблуждение заботящихся о ребенке взрослых – «он ненавидит своих родителей». На самом деле ребенок, обвиняющий своих родителей и ругающий их,  «застрял» в фазе острого аффекта переживания утраты (см. п.3), и это препятствует его дальнейшему личностному развитию и отношениям с людьми. То, что по-настоящему нужно ребенку в такой ситуации, - это помощь взрослых в том, чтобы отреагировать свой гнев приемлемым образом, и перейти к стоящей за ним потребности в родительской любви, постоянстве и заботе.

Очевидно, что  никакая терапия не сможет эффективно помочь, если одновременно с ней в жизни ребенка не появится новая семья.

Опыт показывает, что позитивные изменения в поведении ребенка происходят постепенно, и вопрос времени – очень серьезный. Достаточно помнить, сколько времени ребенок «учился жизни» в кровной семье, чтобы не ждать от него быстрых результатов. Принятие личности ребенка, укрепление привязанности с ним, терпеливое поощрение развивающихся положительных черт, поддержка и предоставление альтернативных, социально адекватных моделей поведения постепенно приводят к тому, что новый опыт усваивается и начинает приносить плоды.

Самый болезненный для приемных родителей вопрос – контакты с кровными родственниками. Неприятие кровной семьи, ревность и страх того, что  «они» могут «отнять» ребенка – обычные в таких случаях переживания. Однако восстановление в родительских правах – дело уникальное, а когда ребенок привязан к приемной семье (мнение детей в суде учитывается) – практически невозможное. Если же речь идет о временном изъятии ребенка из родной семьи – то контакты абсолютно необходимы.  В то же время многие дети хотят знать (и имеют на это право), что происходит с их родителями, живы ли они.  Если ребенок не видит своих кровных родителей и ничего не знает о них, он начинает думать, что не имеет для них никакого значения, а это очень тяжело. Кроме того, некоторую информацию о ребенке можно получить лишь от его родных родителей и других родственников. Дело социальной службы – обеспечить безопасность и приемлемый для новой семьи ребенка порядок таких контактов. Исключение составляют лишь случаи  непосредственной угрозы жизни ребенка со стороны  кровной семьи.

Дети, разлученные с семьей: разница между знанием о собственной ситуации и пониманием  ее. Помощь детям, растущим в условиях заместительной заботы, по восстановлению идентичности. Постоянство и непрерывность.

Настоящее: разделение чувств и предоставление стабильности.

- Объяснение ребенку необходимости перемещения приемлемым образом ("правда не должна уничтожать").

- Сообщение о том, что будет происходить в ближайшее время и что планируется в будущем.

- Работа с возникающими эмоциональными проблемами. Признание страха, тревоги ребенка, его печали о людях, оставленных позади, и неуверенности по поводу будущего.

- Предоставление конкретного места и наличие конкретного заботящегося лица в настоящий момент.

- Сохранение имени и фамилии, любимых вещей  и допустимых привычек (еда, одежда , жизненный уклад).

Прошлое: осмысление и принятие.

- Обеспечение  информацией о прошлом (каждый ребенок в соответствии с  обстоятельствами и возрастом  должен представлять, кто он, каково его происхождение, где и когда он родился, где прежде жил, кто его биологические родители и где они сейчас, информацию о других родственниках).

- "Книга жизни" - материальные свидетельства о прошлом: фотографии самого ребенка прежде и теперь, значимых людей и мест, записи и т.д. Акцент - на успехи, положительные события. Негативные события также обозначаются, но сдержанно.

- Контакты, насколько они уместны, с кровной семьей и прежними знакомыми.

- Выяснение того, как именно ребенок объясняет расставание с семьей. Проблема ответственности и контроля. Работа с чувствами вины и  потери.

- Прояснение разницы между любовью к родителям и принятием их плохого обращения с собой как "правильного".

- Помочь ребенку понять связь между имеющимися проблемами в настоящем (замешательство/депрессия/агрессия ) и прошлым травматическим опытом.

- Нахождение ресурсов и сильных сторон  в прошлом и настоящем ребенка.

«Книга жизни» (по В. Фалберг) 

Особенность прошлого детей из неблагополучных семей состоит во фрагментарном характере, «выпадении» целых периодов жизни – некоторые из  них дети не помнят в силу раннего возраста, а некоторые «вытеснены», как что-то ужасное. Патронатная семья может помочь ребенку, воссоздавая «линию жизни» в специальном альбоме воспоминаний. Там могут быть сохранившиеся или добытые у родственников ребенка фотографии, записи рассказов самого ребенка и других лиц о нем, рисунки, иллюстрирующие какие-то события, лист с наложенными одна на другую «обводками» контура руки ребенка в разных возрастах, и т.д. Для сбора информации  используются воспоминания самого ребенка, материалы из личного дела, беседы с членами кровной семьи, людьми, знавшими ребенка и его семью раньше (соседи, работники социальных учреждений – поликлиника, детский сад, школа, дом ребенка и т.д.)  Важны любые сведения о прошлом, факты, и комментарии патронатных воспитателей к ним -  о чувствах самого ребенка в связи с этими фактами, об их личном отношении, сопереживании ребенку в связи с тем, что излагаетсяБлагодаря комментариям воспитателей и их поддержке у ребенка формируется более позитивный взгляд на свою жизнь и на себя самого.

Установление хронологической последовательности событий жизни ребенка, постепенное заполнение «пробелов» путем воссоздания утраченного и выявления  неизвестных фактов, осмысление и переоценка значимых ситуаций, поиск положительного ресурса в судьбе ребенка – основные задачи такой работы.

Будущее: цели и перспективы.

- Признание различия между биологическим и психологическим родительством без оценивания этого различия.

- Помощь в построении моделей будущей самореализации, включая  возможность последующего воссоединения с кровной семьей.

Автор: Мария Пичугина (Капилина).

Источник: усыновили.рф